Карта сайта RSS Facebook Twitter Youtube Instagram VKontakte Odnoklassniki

Куропаткин Алексей Николаевич

КУРОПАТКИН Алексей Николаевич [17(29).3.1848, с. Шешурино Холмского у-да Псковской губ. – 16.01.1925, там же], российский военачальник и военный историк, генерал от инфантерии (1900), генерал-адъютант (1902). Алексей Николаевич Куропаткин происходил из дворян Псковской губернии и родился в семье Николая Емельяновича и Александры Павловны Куропаткиных. Имение в селе Шешурино принадлежало матери будущего генерала, происходившей из семьи мелкопоместных дворян Арбузовых. Алексей был вторым из восьми детей и старшим из братьев. Зимой семья Куропаткиных жила в Санкт-Петербурге на казенной квартире Первого кадетского корпуса, где Н.Е. Куропаткин преподавал топографию и геодезию, заведовал школой кантонистов и хором певчих.

Жизнь на территории кадетского корпуса сильно повлияла на формирование мировоззрения мальчика. Офицеры – сослуживцы отца – стали его первыми наставниками, их рассказы о Крымской войне производили сильное впечатление на Алексея. С девяти лет он уже близко соприкасался с жизнью кадет, посещал места их проживания, участвовал в играх, имел среди них друзей. Общение со знакомыми отца и будущими офицерами способствовало тяге Алексея к военной службе и стремлению самому сделаться кадетом.

В 1858 г. Алексей поступает в приготовительный класс Первого кадетского корпуса. В 1861 г. его отец выходит в отставку в чине капитана и с семьей селится в Шешурино. Весной 1864 г. Куропаткин окончил пятый класс и для дальнейшего обучения был переведен в Павловское военное училище.

Окончив в 1866 г. училище, 18-летний Алексей Николаевич в чине подпоручика был направлен в 1-й Туркестанский стрелковый батальон. В 1867–1868 гг. он лично участвовал в боях против бухарцев под Яны-Курганом, штурме Самаркандских и Зерабулакских высот, во взятии Самарканда и в других боевых действиях в Средней Азии. В 1869 г. «за отличия» А.Н. Куропаткин был награжден орденами Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом, Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом, произведен в поручики и назначен ротным командиром. В 1870 г. за отличия по службе он удостоился чина штабс-капитана.


Вступление русских войск в Самарканд. 1868 г. Худ. Н.Н. Каразин

В условиях беспокойной туркестанской службы Куропаткин готовился к поступлению в Николаевскую академию Генерального штаба, куда ежегодно принимали лишь 30–40 человек. Летом 1871 г. он успешно сдал экзамены в академию и в дальнейшем блестяще учился, закончив академию первым в списке выпускников. За отличные успехи в 1874 г. Алексей Николаевич был причислен к Генеральному штабу и произведен в чин капитана. Также он был поощрен научной командировкой на 8 месяцев за границу. Первоначально хотел поехать в Индию или Испанию, но, получив отказ, остановил свой выбор на североафриканской колонии Франции – Алжирии (Алжир). По дороге туда Куропаткин посетил Германию. В Алжире он принял участие в военной экспедиции французских войск в Сахару. За участие в этом походе Алексей Николаевич получил от французского правительства кавалерский крест ордена Почетного легиона. Итогом пребывания в Северной Африке стала его первая большая научная работа – книга «Алжирия», опубликованная в 1877 г. Она содержала описания французской колонии и практические рекомендации для русских войск в Туркестане. Командование Николаевской академии Генштаба оценило этот труд как диссертацию и позднее нашло возможным допустить Куропаткина без испытаний к должности адъюнкт-профессора по кафедре военной статистики. В дальнейшем каждый этап своей жизни, связанный с походами и войнами, Алексей Николаевич отражал в научных работах, всегда вызывавших большой интерес у специалистов и читателей.

После возвращения в Россию Алексей Николаевич был назначен в Генеральный штаб, тем самым войдя в элиту офицерского корпуса русской армии. Но столичная жизнь его не удовлетворяла, и по собственному желанию в 1875 г. он вновь оправляется в Туркестан, чтобы принять участие в Кокандском походе. Его включили в отряд генерал-майора М.Д. Скобелева. Тот обратил внимание на храброго и целеустремленного капитана Генерального штаба. Алексей Николаевич действительно доблестно проявлял себя в боях. Так, при взятии Уч-Кургана Куропаткин первым ворвался в крепостное укрепление, командуя полуротой добровольцев и сотней казаков. За этот подвиг в декабре 1876 г. он был награжден орденом Св. Георгия 4-й ст. В 1876–1877 гг. в качестве главы русской дипломатической миссии Куропаткин выполнял ответственное поручение правительства при дворе правителя Кашгарии Якуб-бека по установлению пограничной линии между Туркестанским генерал-губернаторством и Кашгарией. Переговоры завершились успешно, и затраченное на них время было засчитано Алексею Николаевичу как участие в военном походе. В этот период он удостоился медали за покорение Кокандского ханства и ордена Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом.

В связи с началом Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. и отъездом многих офицеров Генерального штаба в действующую армию А.Н. Куропаткин был отозван в столицу, где заявил о желании отправиться на войну. В июле он получил назначение в Дунайскую армию офицером для поручений при штабе армии, а затем назначен начальником штаба Сводной казачьей дивизии, где стал ближайшим помощником М.Д. Скобелева. В этот период Куропаткин записал в своем дневнике: «Раз выбрав меня своим начальником штаба, Скобелев старался при всех обстоятельствах свидетельствовать мне свое полное доверие и представлял весьма широкую самостоятельность. Было несколько случаев, что мои распоряжения… не были по душе Скобелеву, но он скрывал свое неодобрение их, только чтобы не обидеть, как ему казалось, или не огорчить меня. Точно также во всех бумагах, мною написанных, он делал редко исправления, хотя бы редакция их ему не нравилась. Добавления он делал, но исправления редко. Такой системой Скобелев заставлял лезть из кожи, и сама работа была легка и приятна, и роль начальника штаба не была ролью старшего писаря».

Вместе со Скобелевым, руководившим главными силами, Куропаткин обеспечил подготовку атаки Ловчи и ее взятие. При третьем штурме Плевны в рядах атаковавших войск штурмовал редуты, был сильно контужен взрывом зарядного ящика и чудом остался жив (в «Московских ведомостях» № 220 его имя числилось в списке погибших героев штурма). В сентябре 1877 г. он был произведен в подполковники. После капитуляции Плевны Алексей Николаевич в должности начальника штаба 16-й пехотной дивизии, которой командовал Скобелев, участвовал в переходе через Балканы, организовывал движение колонны через зимние горы. В конце перехода через Иметлийский перевал, на пути к Шейново, Куропаткин получил тяжелую сквозную рану в плечо и выбыл из строя. За боевые отличия в кампании, завершившейся победой русских войск, он был награжден орденами Св. Станислава 2-й ст. с мечами, Св. Анны 2-й ст. с мечами, Св. Владимира 3-й ст. с мечами, чином полковника и Золотым оружием (саблей) с надписью: «За храбрость».

После лечения в сентябре 1878 г. А.Н. Куропаткин назначен заведующим Азиатской частью Главного штаба. Одновременно он читал лекции по военной статистике в качестве адъюнкт-профессора Николаевской академии Генштаба. Но эта деятельность не совсем удовлетворяла честолюбие офицера, и в августе 1879 г. он в третий раз отправился в Туркестан, где принял Туркестанскую стрелковую бригаду, в которой начинал службу в 1866 г. Под его командованием бригада участвовала в Кульджинском походе. В это же время вышли из печати его статьи «С полей сражений» и «Под Плевной», а также книга «Туркмения и туркмены», где Куропаткин дал краткий очерк края, который через год станет театром военных действий.

В 1880 г. в Туркестан прибыл генерал-лейтенант М.Д. Скобелев, которому было поручено возглавить Ахалтекинскую (Туркменскую) экспедицию. Судьба вновь сводит Куропаткина и Скобелева в походе под Геок-Тепе. Алексей Николаевич проявил свои превосходные организаторские качества при переходе через пустыню и во время подготовки штурма крепости Геок-Тепе. С началом приступа крепости он командовал главной штурмовой колонной, ворвался по минному обвалу (проход через ров) в крепость и положил начало победе русских войск, за что был награжден орденом Св. Георгия 3-й ст. и произведен в генерал-майоры. Ахалтекинский оазис Туркмении вошел в состав Закаспийской области России.

В период с 1882 по 1890 г. А.Н. Куропаткин служил при начальнике Главного штаба генерал-лейтенанте Н.Н. Обручеве. Здесь он занимался разработкой мобилизационных планов русской армии, совершал многочисленные инспекционные поездки в приграничные военные округа и за рубеж. В периоды пребывания в Петербурге Алексей Николаевич читал лекции и вел практические занятия по тактике в Николаевской академии Генштаба. Продолжал уделять внимание Туркестану, а в 1886 г. был отмечен императором Александром III «за особые труды» по разработке проектов документов Государственного совета «Об особых правах и преимуществах гражданской службы в отдельных краях империи», «Об устройстве управления в Туркестанском крае». Зимой 1887/88 г. он был привлечен к чтению лекций в штабе Петербургского военного округа. Не оставил Куропаткин и своих научных занятий. В 1888 г. был направлен командовать сводной дивизией на лагерном сборе Одесского военного округа, а затем, уже в Варшавском округе, – отрядом войск во время маневров.

В марте 1890 г. А.Н. Куропаткин был произведен в генерал-лейтенанты с назначением начальником Закаспийской области и командующим расположенными в ней войсками. Приступив к исполнению должности, новый начальник развернул большую административную и хозяйственную деятельность. За восемь лет его управления областью, ранее пустынной, Закаспийский край во многом преобразился. Стали развиваться промышленность и торговля, появились новые города и селения, были созданы учебные заведения, привлечены переселенцы из разных губерний страны, увеличены посевы хлопчатника, с полной нагрузкой заработала Закаспийская железная дорога. В 1895 г. Куропаткина во главе чрезвычайного посольства направляют в Тегеран для сообщения персидскому шаху о вступлении на императорский престол Николая II. Алексей Николаевич не просто выполнил поставленную перед ним задачу, но добился особого расположения шаха и его наследника.


Военный министр А.Н. Куропаткин в рабочем кабинете

В январе 1898 г. Николай II назначает А.Н. Куропаткина сначала управляющим Военным министерством, а в июле – военным министром. В 1900 г. Алексея Николаевича производят в генералы от инфантерии, а в 1902 г. он был пожалован в генерал-адъютанты. В должности военного министра Куропаткин получил тяжелое наследие. Планы преобразования русской армии, осуществлявшиеся в 1870–1880-е гг. Александром II и Д.А. Милютиным, в последующие годы имели весьма вялое продолжение, и Куропаткин скоро убедился, что Николай II мало что хочет менять. На обеспечение и развитие армии в 1899–1903 гг. было запрошено 445 млн рублей, но получено лишь 160. Тем не менее, под руководством Куропаткина были приняты многие неотложные меры: повышены оклады денежного содержания офицерам, сохранявшиеся с 1859 г., произведено омоложение командного состава, преобразован ряд военных округов, реформирована система военного образования, расширены юнкерские училища и кадетские корпуса, улучшен быт солдат, укреплена полевая артиллерия и начато внедрение в войска пулеметов. Еще одним крупным событием в деле технического оснащения армии стало первое испытание в войсках автомобильной техники – на больших Курских маневрах 1902 г.

Однако всего этого оказалось явно недостаточно, чтобы русская армия подошла к войне с Японией обновленной. К тому же военный министр не придавал особого значения дальневосточному региону, посчитав войну с японцами маловероятной и ограничившись постройкой крепости Порт-Артур. Посетив в 1903 г. Японию и Дальний Восток, Куропаткин доложил Николаю II: «Мы можем быть вполне спокойны за участь Приамурского края, и мы вполне надеемся отстоять Северную Маньчжурию». По плану военных мероприятий на 1904–1909 гг. из 130 млн рублей, отпущенных Военному министерству, на укрепление Дальнего Востока Куропаткин выделил лишь 7 млн. Не было у военного министра и взаимопонимания с Николаем II: строгое военное воспитание генерала, отсутствие светского лоска делали его чуждым в придворной среде. В 1903 г. Алексей Николаевич почувствовал, что все его усилия на посту военного министра наталкиваются на непреодолимую стену отчуждения и в августе он попросился в отставку со своего поста, но Николай II ее не принял.

Начало войны с Японией поставило перед русской армией трудные задачи. Ее стратегические резервы были удалены от театра военных действий, мобилизация запаздывала, главнокомандующий на Дальнем Востоке адмирал Е.И. Алексеев действовал нерешительно. Малоудачное начало войны потребовало изменений в командном составе действующей армии, и в феврале 1904 г. последовало назначение А.Н. Куропаткина командующим Маньчжурской армией. Перемещая его с поста военного министра на Дальний Восток, Николай II сопроводил это назначение рескриптом, где говорил: «Расставаясь с Вами и желая выразить Вам мою глубокую признательность за шестилетний просвещенный труд Ваш на пользу моей дорогой армии, жалую Вам бриллиантовые знаки ордена Святого благоверного князя Александра Невского... Напутствуя Вас на Дальний Восток в действующую армию, поручаю Вам передать моим доблестным войскам мой Царский привет и мое благословение. Да хранит Вас господь!».

Во главе Маньчжурской армии А.Н. Куропаткин не добился побед: его войска потерпели неудачу в бою под Вафангоу и в сражении под Ляояном, тем не менее, в октябре 1904 г. он заменил адмирала Е.И. Алексеева на посту главнокомандующего вооруженными силами России на Дальнем Востоке. Но это ничего не изменило в ходе войны. Последовали неудачное сражение на реке Шахэ  и сдача крепости Порт-Артур. Стало очевидным, что России трудно рассчитывать на успех в этой войне. Проявляя большую заботу о тыле войск и отдавая множество боевых распоряжений, Куропаткин не смог сосредоточиться на главных вопросах организации военных действий, на решительном проведении своих замыслов в жизнь. Храбрый и неустрашимый по существу (по многочисленным свидетельствам, его наблюдательный пункт всегда находился в зоне артиллерийского огня японцев), главнокомандующий избегал объезда позиций перед сражениями для ободрения войск, а его письменные приказы мало воздействовали на солдат. Безуспешная атака на Сандепу в январе 1905 г., поражение в марте в Мукденском сражении вынудили Россию признать бесперспективность дальнейшей борьбы и пойти на мирные переговоры с Японией.

После поражения под Мукденом А.Н. Куропаткина освободили от должности и заменили генералом от инфантерии Н.П. Линевичем, в подчинение которому он теперь перешел в должности командующего 1-й Маньчжурской армией. В феврале 1906 г. Алексей Николаевич получил письменные указания от Николая II передать командование своему заместителю и «выехать по железной дороге… с первым отходящим эшелоном»; ему предписывалось «не останавливаться в Петербурге и его окрестностях, проживать в своем имении, в Шешурино… воздержаться от всяких интервью, от оправданий и высказываний в печати».

Одновременно с освобождением от должности командующего 1-й Маньчжурской армией А.Н. Куропаткин был назначен членом Государственного совета. Проживая в Шешурино, он занимался научной работой и литературным творчеством. К ранее изданным исследованиям об Алжире, Туркмении, Русско-турецкой войне 1877–78 гг. и Ахалтекинской экспедиции он прибавил четырехтомный труд «Отчет генерал-адъютанта Куропаткина о войне с Японией», где пытался оправдаться от выдвинутых против него обвинений.

В ноябре 1906 г. приехавший в Шешурино флигель-адъютант императора князь А.П. Трубецкой известил А.Н. Куропаткина о разрешении проживать, где тот пожелает, и одновременно передал приглашение Николая II прибыть на прием в Зимний дворец. В декабре опальный генерал предстал перед императором. Их беседа длилась более часа. Алексей Николаевич проинформировал царя о недостатках в русской армии, выявленных войной. В конце аудиенции он попросил Николая II простить и себя, и армию за то, что «они в данный им срок не доставили России победы». Император снисходительно принял извинения. Опала была забыта, рассматривался вопрос о назначении Куропаткина на Кавказ, но оно так и не состоялось.

Проводя большую часть времени в своем имении, Алексей Николаевич активно занимался общественной деятельностью и научной работой. На свои средства открыл сельскохозяйственную школу, больницу и библиотеку. В 1910 г. А.Н. Куропаткин опубликовал новое трехтомное сочинение «Россия для русских. Задачи русской армии», в котором, наряду с историческими вопросами, анализировал современные проблемы России и русской армии, ее прошлое и будущее. В 1913 г. он издал свою последнюю работу – «Русско-китайский вопрос».

Несмотря на формальный отход от дел, А.Н. Куропаткин оставался желанным гостем во многих влиятельных домах Петербурга. В свою очередь в Шешурино его часто навещали бывшие сослуживцы и общественные деятели. Он постоянно находился в курсе дел армии и следил за внешней политикой страны. Как член Государственного совета Куропаткин напрямую направлял докладные записки многим министрам по вопросам, касающимся военного ведомства.

С началом Первой мировой войны Алексей Николаевич изъявил желание участвовать в ней и стал добиваться назначения в действующую армию. Но верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич отказывал ему в этой просьбе. Только в конце 1915 г., когда верховное командование принял на себя Николай II, желание 67-летнего генерала было удовлетворено, и он был назначен командиром Гренадерского корпуса. В начале 1916 г. А.Н. Куропаткин получил назначение командующим 5-й армией, а вскоре ему был доверен Северный фронт. Однако на полководческом поприще он вновь себя не проявил.  

В июле 1916 г. в Средней Азии среди местных жителей вспыхнуло восстание, вызванное мобилизацией коренного населения, освобожденного от военной службы, на оборонительные работы в районе действующей армии. В связи с этим А.Н. Куропаткин назначается туркестанским генерал-губернатором, командующим войсками Туркестанского военного округа, а также войсковым наказным атаманом Семиреченского казачьего войска. Русский дипломат С.В. Чиркин так отзывался о его деятельности: «Назначение А.Н. Куропаткина главным начальником Туркестанского края нельзя было не признать крайне своевременным и удачным. Он был уже по прежней своей деятельности крайне популярен среди всех народностей, населяющих Туркестан. Он любил туземцев, был доступен для них и внимательно входил во все их нужды, зная хорошо их быт. Менее чем через два месяца по прибытии в Ташкент рядом легких мер при посредстве преданных ему влиятельных туземцев он добился не только того, что вызванное вышеуказанными распоряжениями брожение среди населения прекратилось, но даже своевременно без ропота формировались этапные тыловые рабочие отряды и отправлялись на фронт».

В Туркестане Куропаткина и застала Февральская революция 1917 г. Алексей Николаевич встретил ее с оптимизмом. Он записал в дневнике: «Чувствую себя помолодевшим и, ловя себя на радостном настроении, несколько смущаюсь: точно и неприлично генерал-адъютанту так радоваться революционному движению и перевороту». Как и большинство людей в России, Куропаткин понимал, что самодержавие изжило себя. «Но так плохо жилось всему русскому народу; до такой разрухи дошли правительственные слои, так стал непонятен и ненавистен государь, что взрыв стал неизбежен», – писал он. Тем временем Ташкентский совет решил арестовать царского генерал-губернатора, но по настоянию Временного правительства его вскоре отпустили и разрешили выехать в Петроград. Здесь Алексей Николаевич получил свое последнее назначение в военном ведомстве – в Александровский комитет о раненых. В окончательную отставку Алексей Николаевич был отправлен уже при советской власти – в январе 1918 г.

Уехав в родное Шешурино, Куропаткин занимается различной общественной работой. В сентябре 1918 г. его вновь арестовывают, но вскоре освобождают. С тех пор Алексей Николаевич почти безвыездно жил в деревне. В период Гражданской войны он отклонил предложение французского посла Ж. Нуланса эмигрировать на Запад, отказался и от участия в Белом движении. Бывший генерал был членом педагогического совета школы, консультировал сельскохозяйственную школу, организовал народный музей в городе Холме. Советская власть сохранила за ним родовой дом с богатой библиотекой.

Крушение государства, которому Куропаткин служил всю свою жизнь, жизненные неурядицы, порожденные бурным революционным временем, дополнились и глубокой личной драмой. Единственный сын Алексея Николаевича – Алексей (родившийся в 1892 г. от второй жены – Александры Михайловны Щербинской (Тимофеевой)), работавший в последние годы техническим руководителем на ряде военных заводов, был арестован в сентябре 1919 г. по делу антибольшевистского Национального центра. В том же году он был расстрелян.

Умер А.Н. Куропаткин 16 января 1925 г. в родовом имении Шешурино, оставив после себя большой архив, в том числе более 150 дневников, которые он вел около 50 лет. Летом 1964 г. ученики основанной им сельскохозяйственной школы поставили на его могиле мраморное надгробие с надписью «Куропаткин Алексей Николаевич. 1848–1925. Основатель сельскохозяйственной Наговской школы». Ниже высечены слова Куропаткина: «Высокая честь любить землю и научно уметь трудиться на ней».


Могила А.Н.Куропаткина в селе Наговье Тверской области

А.Н. Куропаткин прослужил в русской армии более 50 лет, участвовал во всех войнах, которые вела Россия в конце XIX – начале XX в., был четырежды ранен. Он оставил после себя большое военно-литературное наследие. Современники и потомки оценивали Куропаткина как значительную, но неоднозначную историческую фигуру. Указывая на явную несостоятельность Куропаткина-полководца, они отмечали его творческое мышление, административные и другие таланты и сетовали на неумелое использование государством его способностей.

Юлия Снегова,
научный сотрудник Научно-исследовательского института военной истории ВАГШ ВС РФ

Наверх
ServerCode=node3 isCompatibilityMode=false