Карта сайта RSS Facebook Twitter Youtube Instagram VKontakte Odnoklassniki

Ограниченный контингент советских войск

Мы говорим – Россия и Украина, Россия и Белоруссия – и ни у кого не возникает сомнения, что исторические судьбы этих близких друг другу народов уже многие столетия переплетены теснейшим образом. Мы говорим, – Россия и Афганистан – и невольно задумываемся, как быстро и насколько крепко могут связать столь разные по этнической принадлежности, религии и культуре народы и страны события всего лишь нескольких десятилетий. Между тем, внутри- и внешнеполитические повороты развития независимого Афганистана ХХ – начала XXI вв. не мыслятся без прямого и косвенного влияния СССР/России, а «коренные переломы» нашей истории 80–90-х гг. ХХ в. навсегда останутся связанными с периодом Афганской войны и ее последствиями.

Участие советских войск в войне в Афганистане было наиболее длительным и масштабным применением контингента Вооруженных Сил СССР за пределами страны в мирное время. Советским войскам противостоял достаточно организованный, сильный и убежденный в своей правоте противник. Исчерпывающую характеристику пуштунам (афганцам), не утратившую своей актуальности до настоящего времени, дал еще в начале ХХ в. выдающийся российский военный деятель и ученый-востоковед генерал Снесарев А.Е.: «Для войны требуются от народа следующие качества: патриотизм, хладнокровие, мужество, физические силы, выносливость и терпеливость. Анализ военных качеств афганца показывает, что все эти качества в нем есть налицо».

Вводу ограниченного контингента советских войск (ОКСВ) в Афганистан предшествовал ряд событий в этой стране. В начале 1978 г. здесь возник политический кризис: усилились гонения на левые силы, власти осуществили прямые репрессии против руководства Народно-демократической партии Афганистана (НДПА) вплоть до ареста ряда ее руководителей. В ответ 27 апреля 1978 г. восстали военные во главе с членами НДПА. В результате вооруженного выступления власть перешла в руки Военно-революционного совета, а 1 мая было сформировано правительство Демократической Республики Афганистан (ДРА) во главе с Нур Мухаммедом Тараки.

Указами нового руководства была обнародована программа по преодолению вековой отсталости и ликвидации феодальных пережитков, отражавшая интересы подавляющей части населения – национальной буржуазии, торговцев, интеллигенции, ремесленников, крестьянства, рабочего класса. Однако в практической деятельности НДПА и правительство ДРА допускали поспешные шаги и излишний радикализм, негативно влиявшие на развитие обстановки в стране. Ошибки новых властей вызывали открытое сопротивление противников режима.

В течение лета 1979 г. антиправительственные выступления охватили большую часть территории страны и переросли в гражданскую войну. На обстановку в Афганистане негативно влияло отсутствие единства в правящей партии. Ее осложняло и активное вмешательство зарубежных государств и организаций во внутренние дела Афганистана. Поставки оружия, боеприпасов и других материальных средств оппозиционным силам осуществляли страны - члены НАТО, исламские государства и Китай. На территории Пакистана и Ирана были созданы учебные центры, в которых проходили подготовку боевики противников левого режима.

Руководство ДРА рассматривало поддержку вооруженной оппозиции третьими странами как их участие в войне против Афганистана и неоднократно обращалось к СССР с просьбами об оказании непосредственной военной помощи. К концу 1979 г. обстановка в стране резко осложнилась, нависла угроза падения левого режима, что, по оценке советского руководства, могло привести к росту влияния стран Запада у южных границ СССР, а также к переносу вооруженной борьбы на территорию его среднеазиатских республик.

В условиях обострения афганского кризиса Политбюро ЦК КПСС 12 декабря 1979 г. приняло решение ввести советские войска в Афганистан «в целях оказания интернациональной помощи дружественному афганскому народу, а также создания благоприятных условий для воспрещения возможности антиафганских акций со стороны сопредельных государств». Официальным обоснованием правомочности такого решения являлись статья 4 советско-афганского Договора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве от 5 декабря 1978 г., статья 51 Устава ООН и неоднократные просьбы правительства Афганистана об оказании военной помощи.

Директивой Министра обороны СССР от 24 декабря 1979 г. устанавливалось, что советские войска на территории Афганистана расположатся гарнизонами и возьмут под охрану важные объекты. При этом их участие в военных действиях не предусматривалось.

Ввод советских войск начался 25 декабря на кабульском направлении переправой по понтонному мосту через реку Амударья (г. Термез) и маршем на Кабул 108-й мотострелковой дивизии. Одновременно афганскую границу пересекли самолеты военно-транспортной авиации с личным составом и боевой техникой 103-й воздушно-десантной дивизии. В ночь с 27 на 28 декабря к власти в стране был приведен один из лидеров НДПА Бабрак Кармаль, занявший посты генерального секретаря ЦК партии, председателя Революционного совета и премьер-министра ДРА.

В опубликованных в последующие годы многочисленных работах как отечественные, так и западные авторы едины в своей высокой оценке военных аспектов тех событий: была обеспечена скрытность и организованность при отмобилизовании войск, их сосредоточении и вводе в страну с минимальными потерями в людях и технике.

На короткое время ввод советских войск стабилизировал ситуацию в Афганистане, но, как показали последующие события, он имел многоплановые и довольно противоречивые последствия. С одной стороны, советское военное присутствие объективно создавало благоприятные условия для укрепления позиций нового кабульского режима, демократических и прогрессивно-патриотических сил Афганистана в борьбе против вооруженной оппозиции и вмешательства извне, усиливало гарантии необратимости процессов становления основ демократического строя, содействовало восстановлению боеспособности афганских вооруженных сил. С другой стороны, как стало уже вскоре совершенно очевидным, ввод ОКСВ не только не облегчил, но, наоборот, еще больше осложнил решение главной задачи – стабилизации обстановки внутри и вокруг Афганистана. Советское военное присутствие задело национальные чувства многих афганцев, чем не преминули воспользоваться внутренняя оппозиция и внешние силы. Началась эскалация вооруженного вмешательства извне в афганские дела, как со стороны Запада, так и консервативных мусульманских режимов региона.

Боевой и численный состав ОКСВ в Афганистане не был постоянным. К началу февраля 1980 г. на территории этой страны сосредоточились три дивизии (две мотострелковые и одна воздушно-десантная), десантно-штурмовая бригада, два отдельных полка и другие части. В первой половине 1980 г. группировка советских войск была усилена еще одной мотострелковой дивизией (201-й) и двумя отдельными полками. Ее общая численность составила 81,8 тыс. человек (из которых военнослужащих 79,8 тыс.), в том числе в боевых частях Сухопутных войск и ВВС - 61,8 тыс. человек. Наибольшая численность ОКСВ (1985 г.) составляла 108,8 тыс. человек (военнослужащих – 106 тыс.), в том числе в боевых частях Сухопутных войск и ВВС – 73,6 тыс. человек.

Общее руководство и координацию боевой и иной деятельности ОКСВ в Афганистане осуществляла оперативная группа Министерства обороны (ОГ МО) и группа представителей Генерального штаба ВС СССР. Первая оперативная группа прибыла в Кабул 23 декабря 1979 г. Она была сформирована из офицеров штаба Воздушно-десантных войск (ВДВ) и возглавлялась заместителем командующего этим родом войск генерал-лейтенантом Н.Н. Гуськовым.

В первых числах января 1980 г. в Афганистан было введено управление 40-й армии. Одновременно с этим в Кабул прибыла созданная по решению советского руководства оперативная группа Министерства обороны СССР во главе с Маршалом Советского Союза С.Л. Соколовым. Оперативная группа ВДВ была упразднена. В конце 1984 г. ОГ МО, периодически находившуюся в Афганистане от 1,5 до 10 месяцев в году, возглавил заместитель начальника Генерального штаба генерал армии В.И. Варенников. С 2 января 1987-го по 14 февраля 1989 г. группа находилась в Афганистане постоянно.


Генерал-майор Ярыгин Юрантин
 Васильевич




Генерал-полковник
Тухаринов Юрий
Владимирович

В связи с тем, что ОГ МО до конца 1986 г. находилась в Афганистане периодически, решением Министра обороны в 1985 г. была сформирована штатная группа представителей Генштаба с постоянным местом ее дислокации в Кабуле. Группу возглавляли генералы для особых поручений начальника Генерального штаба генерал-майоры Б.В. Громов (1985-1986), Ю.В. Ярыгин (1986-1987) и В.С. Кудлай (1987-1989).

Непосредственное управление боевой и повседневной деятельностью ОКСВ осуществлял командующий 40-й армией, имевший статус уполномоченного правительства СССР по делам советских войск в Афганистане. Армией командовали генерал-лейтенанты Ю.В. Тухаринов (декабрь 1979 – сентябрь 1980 гг.), Б.И. Ткач (сентябрь 1980 – май 1982 гг.), В.Ф. Ермаков (май 1982 – ноябрь 1983 гг.), Л.Е. Генералов (ноябрь 1983 – апрель 1985 гг.), И.Н. Родионов (апрель 1985 – апрель 1986 гг.), В.П. Дубынин (апрель 1986 – июнь 1987 гг.) и Б.В. Громов (июнь 1987 – февраль 1989 гг.).







Генерал-лейтенант
Ткач Борис Иванович



















Генерал-полковник
Родионов Игорь
Николаевич




Генерал-полковник
Ермаков Виктор
 Федорович








Генерал армии
Дубынин Виктор
Петрович











Генерал-полковник Генералов Леонид Евстафьевич






Генерал-полковник
Громов Борис
Всеволодович

На ОКСВ возлагалось выполнение широкого круга задач: содействие в упрочении местных органов власти; охрана народно-хозяйственных и военных объектов, основных автомобильных дорог и обеспечение прохождения по ним автоколонн с грузами; ведение совместно с афганскими войсками боевых действий по разгрому отрядов и групп вооруженной оппозиции; прикрытие госграницы Афганистана с Пакистаном и Ираном от проникновения караванов с оружием и отрядов моджахедов; оказание помощи вооруженным силам ДРА в подготовке штабов, войск и др.

Первоначально политическое и военное руководство СССР уклонялось от участия в вооруженной борьбе с оппозицией. Однако уже 10-11 января 1980 г. несколько подразделений ОКСВ были привлечены к боевым действиям. В феврале, в связи с участившимися случаями нападения на колонны и обстрелами гарнизонов советских войск, командованию 40-й армии последовало официальное указание: «Начать совместно с армией ДРА активные действия по разгрому отрядов оппозиции». В последующем боевые действия против антиправительственных формирований стали главным содержанием пребывания ОКСВ в Афганистане. ОКСВ и правительственным войскам Афганистана противостояли крупные силы афганской вооруженной оппозиции, общая численность которой в различные годы составляла от 47 до 173 тыс. человек. В 1980–1988 гг. соединения и части 40-й армии в Афганистане почти непрерывно вели активные боевые действия.

В апреле 1985 г. новое политическое руководство СССР провозгласило курс на отказ от применения силы в международных отношениях и начало принимать меры к сокращению боевого состава ОКСВ. Так, уже к 20 сентября 1986 г. из Афганистана на территорию СССР были передислоцированы шесть полков. В свою очередь афганское руководство, которое в мае 1986 г. возглавил Наджибулла, разработало и в 1987 г. предложило оппозиции политику национального примирения. Однако лидеры оппозиции ее не приняли и продолжили «войну до победного конца». Тем не менее, позиция официального Кабула дала новый импульс проводившимся с 1982 г. в Женеве переговорам по политическому урегулированию положения вокруг Афганистана.

Подписанные в Женеве соглашения вступили в силу 15 мая 1988 г. Была достигнута четырехсторонняя договоренность (СССР, США, Афганистан и Пакистан) о сроках и графике вывода советских войск из Афганистана в течение девяти месяцев. Советской стороной Женевские соглашения выполнены в полной мере: к 15 августа 1988 г. численность ОКСВ была сокращена на 50%, а 15 февраля 1989 г. последнее советское подразделение покинуло афганскую территорию.

Военную службу в Афганистане прошли около 620 тыс. офицеров, прапорщиков, сержантов и солдат. В том числе в составе ОКСВ – 525,2 тыс., от погранвойск и других формирований КГБ СССР – около 90 тыс., от МВД СССР – около 5 тыс. человек. Из них 546 тыс. были непосредственными участниками боевых действий. Кроме того, на должностях рабочих и служащих в советских войсках находилось 21 тыс. человек. Общие безвозвратные советские потери в Афганистане составили 14 453 человека. При этом органы управления, соединения и части ОКСВ потеряли 13 833 человека.

Необходимо подчеркнуть, что афганский кризис, переросший во внутригосударственный вооруженный конфликт, в котором принимал участие ОКСВ, протекал на фоне глобального соперничества между США и СССР в рамках «холодной войны». Имперский образ действий США, их военно-политическая активность в непосредственной близости к советским границам не могли, естественно, не вызвать в условиях конфронтационного мышления адекватной реакции со стороны СССР. Политике с позиции силы, которую Запад в течение десятилетий проводил на международной арене, Советский Союз противопоставил свою силовую политику, хотя открыто об этом не говорил. Позже американцы в лице директора Центра по борьбе с терроризмом и нетрадиционными методами боевых действий при Конгрессе США Ю. Бодянского вынуждены были признать, что афганские моджахеды «...были союзниками в холодной войне против СССР», а Советский Союз в решении афганских проблем действовал грамотно. «Вообще у ваших специалистов, – подчеркивал этот известный американский политолог, – понимание Востока было лучше нашего. Брежнев, Черненко, может, не всегда правильно пользовались знаниями этих людей, но рекомендации ваши эксперты давали куда более толковые, нежели наши».

Опекаемые США военно-политические группировки афганских моджахедов в те годы так и не смогли выступить единым фронтом. Между тем попытки согласовать усилия разноликой исламской оппозиции, «примирить» друг с другом ее амбициозных лидеров предпринимались постоянно. Роль ведущего координатора этого процесса и спонсора «борцов за веру» взяли на себя США, которые сначала тайно, а затем и открыто при посредничестве Пакистана стали оказывать им военную и финансовую помощь. В конце 80-х гг. ХХ в. ее объем достиг 600 млн долларов ежегодно. Для США и стран Западной Европы в тот период важна была лишь направленность действий исламистов в рамках глобального противоборства против СССР и его интересов в странах третьего мира.

Для Пакистана, Саудовской Аравии, Египта, Ирана, ОАЭ и других мусульманских стран поддержка афганской оппозиции диктовалась совершенно иными мотивами, а именно – религиозной и культурной общностью. В середине 80-х гг. ХХ в. при негласной, а зачастую и открытой поддержке исламских государств, а также при согласии западных кооспонсоров борьбы против левого режима, в Афганистан устремились тысячи добровольцев-мусульман для ведения объявленного ими джихада (борьбы за веру) против левого кабульского режима. Последствия такого участия арабских и иных моджахедов в войне против «неверных» в Афганистане и полученный ими опыт ведения партизанской войны, подрывной, диверсионной и террористической деятельности в полной мере проявились уже в 90-е гг. ХХ в. во многих «горячих точках» исламского пояса от Балкан и Кавказа до Центральной Азии и Индонезии.
 
С крахом биполярной системы международных отношений, вскормленные, в том числе и на американские деньги «борцы за веру» не остановились перед тем, чтобы повернуть оружие против своих бывших союзников и покровителей – «крестоносцев» США и стран Запада. Окончательно американцы осознали угрозу, исходящую от их прежних «верных» соратников в борьбе против Советского Союза лишь после трагических событий 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне.

Многие зарубежные политики и эксперты считали, что главным препятствием для прекращения войны в Афганистане являлось советское военное присутствие в этой стране. Однако их прогнозам, связанным с путями разрешения афганской проблемы, не суждено было сбыться. Советские войска в 1989 г. ушли из Афганистана, но война в этой истерзанной стране не утихает до настоящего времени.

В 1980-е гг. гражданская война поделила население Афганистана на два больших лагеря – тех, кто поддерживал левый режим в Кабуле, который олицетворяла НДПА, и тех, кто боролся против него в составе вооруженных формирований оппозиции. Эта война резко изменила отношение и к советским людям. Если прежде посланцы северного соседа неизменно встречали радушный прием в любом уголке страны, то после того, как они с оружием в руках встали на защиту центрального правительства, отношение к ним со стороны оппозиции, то есть той части афганского общества, которая активно выступала против модернизации страны, коренным образом изменилось, и в течение всего периода пребывания ОКСВ в Афганистане оставалось враждебным.

Это закон войны. Но что интересно, в последующие годы и лидеры разноликой исламской оппозиции, и рядовые моджахеды неизменно с уважением признавали, что советские солдаты были достойными противниками. Такое встречается нечасто. Семена враждебности, давая обильные всходы, надолго, зачастую на несколько поколений укореняются в сознании бывших противников. В Афганистане этого не случилось благодаря тому, что даже находившиеся по ту сторону баррикад афганские участники почти десятилетней ожесточенной вооруженной борьбы прониклись уважением к мужеству, стойкости и преданности собственным идеалам советских воинов.

Михаил Слинкин,
старший научный сотрудник
Научно-исследовательского института (военной истории)
ВА ГШ ВС РФ, кандидат исторических наук, доцент;
фото Леонида Якутина

ServerCode=node3 isCompatibilityMode=false